|
Александр
- Даша, Даша, осторожней - Он хорошо приложился в челюсть солдата слева, с удовлетворением слушая, как хрустнули кости. Солдат грушей осел на землю, но Он тут же получил удар в пах, согнувшись от боли, его ударили в голову, и капитан распластался на земле, вдыхая её запах и чувствуя на себе подошву, солдатский ботинок.
Михаэль
Ну вот, это ужасно, я знаю. Ненавижу себя за это, ненавижу! Я бы лучше умер, но теперь, я хочу жить, очень хочу. Видеть Эдика счастливым, и Дашу с Капитаном, Дарину. Для кого я это делаю? Я видел как запинали капитана, Даше и Эдику тоже придётся не легко, пока Шах на сцене. На площади начались беспорядке. Угрызаемые распрями солдаты, и простые люди сошлись в бое, нанося удары уже не пришельцам, а себе. Охрана Шах была действительно разномастной. Здесь были и карлики, и простые асуры, выдающие из себя гражданских, и солдаты в форме. Но все они следили, чтобы Шах не застрелили или не убили прямо на сцене
- Сюда, госпожа, сюда! - Я на секунду показался на сцене, дёргая за собой онемевшую от удивления девушку. Она была красивой, молодой, дышавшей силой и смелостью.
Убить? Император хотел, чтобы её убили. Я понял эту просьбу. Охрана не последовала за нами, медленно отстреливаясь, они двигались к выходу, туда, куда должна была пойти Шах, но, ведомая мной она подчинялась и шла, шаг за шагом. Пришлось поусердствовать, чтобы подчинить её волю себе, чтобы она поддалась гипнозу. Когда я в последний раз его использовал? Совсем мальчишкой, когда так же хотел, есть, взбудораженный тем, что впервые встретил Эдика. Тогда я съел голубя. Он был противным на вкус, но кровяным. Потом зарёкся это делать, и в отличие от братьев аристократ, которые были на моей планете я не получал раз в неделю человека. Того голубя мне хватило на долгие 12-13 лет. Ненавижу убивать. Но сейчас это нужда. И голод. Аппетиты возросли, сейчас и бы удавился, чем посягнул на животное. Слишком невинные. А здесь, прямо передо мной стоит мой враг. Точнее нет, их враг, и я должен её убить. Во рту, чувствуя раздвоённый язык, знаю, что разорву её тонкую нежную шею в несколько укусов, думаю, мне хватит одной шеи. Но, что это. Уже прижатую к стене дома, смотрящую на меня с отупением и ужасом, я не могу это сделать. Отстраняюсь, отпуская до этого висящее тело над землёй, отпуская хватку гипноза. Зря, я тут же получил кулаком в голову, так что из глаз посыпались искры, ещё один удар в живот, потом в грудную клетку, я согнулся пополам, тяжело дыша и шипя от боли, выпуская вместе с паром изо рта раздвоённый язык
- Тварь! Как ты посмел ступить на эту землю! - Хоть в чём-то мы с ней согласны. Я тоже себя ненавижу, и, кажется, после этого стану презирать ещё больше. Может лучше будет умереть, но не убивать. То, что её удары не прекратятся, пока я не перестану дышать, я был уверен. Согнулся в клубок, так чтобы она больше не била меня в живот и попытался вновь взять себя в руки, сосредоточиться на гипнозе. Никакой жалости. Да и как можно жалеть такого как я?! На гипноз не осталось сил, чувствуя, как по опухшим губам из виска над правым глазом течёт кровь, пальцы все в крови. Я ойкнул, когда она наступила на них каблуками. А она красивая, но жестокая. Сильная. Наверное, заслуживает жить больше чем я. В любом случае, если я сейчас не поем, то потом врядли смогу совладать с голодом. А если я не убью, там, на площади, им грозит опасность. Ну, всё, не дрожи и выбирай! Боже, какая мука! Я с трудом нашёл в себе силы, чтобы вытащить ногу и подбить её по коленкам, быстро оседлав девушку, несмотря на тумаки, пригибаюсь к её горлу, тут же впиваясь челюстью почти до середины шеи. Ломаются позвонки, в рот хлынула горячая кровь. Она ещё бьётся подо мной, не понимая, почему этот мальчишка разрывает её горло в клочья и проглатывает мясо, сосёт кровь. Зубы упёрлись в позвонок, но не раздробили, я чуть их не лишился. А ведь у другого сил хватило бы, чтобы проглотить и переварить её целиком. Мне хватило и этого. С головой. И может я ещё автоматически облизывал свои пальцы и её грудь, собирая во рту кровь, но уже был готов, чтобы упасть в обморок от содеянного. Под нами растеклась огромная лужа её крови, кровь была и на мне, на волосах, всё лицо испачкано ею, вся форма, грязная и окровавленная. Тяжело опрокидываюсь на стенку в тёмном переулке и, прикрыв глаза, вытираю рукавом алые губы. Интересно, из этой пуколки можно застрелиться. Куда уж дальше? Я клялся, что не убью человека, после того как убивал своих братьев. Думал, что во мне осталось ещё что-то гуманное, но видимо я всего лишь рептилия, хоть и высшая. Лучше бы меня звали Мих и кроме болот я ничего не знал.
Что теперь? Я не думаю о том, как дальше жить, просто спрашиваю, как теперь предстать перед друзьями? Да и в праве ли я называть их теперь так? Я раскаиваюсь.
Я ещё долго просидел в переулке, глядя, как уже и до моих ботинок достигает кровь Шах.
- Мертвее не бывает - Задание выполнено.
_________________ 
|
Вход
FAQ
Поиск
